Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Роль и значение информационной безопасности в эпоху цифровой трансформации

Предметом пристального внимания исследователей из различных областей не одно десятилетие является смена эпох: переход от индустриального общества, где преобладающей отраслью экономики была промышленность, к постиндустриальному, когда повышается значение сферы услуг, далее к информационному обществу, где главным ресурсом социального развития становится информация, а затем к цифровому — тотальному и повсеместному проникновению электронных технологий во все аспекты жизни человека: от индивидуально-бытовых до общественно-государственных. Последствия цифровой трансформации, как позитивные, так и негативные, широко проявляются в социальной сфере, геополитической обстановке, экономике и проблемах государственной информационной безопасности.

В настоящее время digital-технологии стали повседневной частью нашей обыденности, вещи, которые всего несколько десятилетий назад считались научной фантастикой, сегодня превратились в само собой разумеющееся. Информационные технологии и распространение интернета стали основными чертами глобализации, постепенно затрагивая все большее число обществ и наций. Синтез человеческой жизни с онлайн-средой и мобильной телефонией в эпоху цифровых технологий повысил значение государственных и частных предприятий, отдельных лиц, социальных движений и транснациональных сетей, связанных с технологиями. В то же время государство и общество становятся всё более зависимыми от цифровой инфраструктуры. Государственные системы, здравоохранение, оборона, наука, транспорт, связь, банковский сектор и промышленность завязаны на цифровых сетях и базах данных. Растёт и количество частных интернет-пользователей, межличностное общение, работа, образование и досуг уже не представляются без онлайн-среды, а пандемия COVID-19 и связанные с ней меры по социальному дистанцированию, ещё больше усилили диджитализацию общества в России и мире.

Аудитория интернета

Согласно последним опубликованным статистическим данным, 4,95 млрд человек во всём мире являются пользователями интернета (62,5% мирового населения). Количество пользователей социальных сетей насчитывает 4,62 млрд (58,4% мирового населения). Среднестатистический пользователь проводит в интернете почти семь часов в день (более 40% бодрствования), а на соцсети в среднем тратится 2 часа 27 минут в день. В России пользователями интернета являются 124 млн человек (85% от всего населения), в социальных сетях зарегистрировано 99 млн человек, то есть почти 68%[1].

Аналитики отмечают, что «поскольку количество человек по всему миру, которые не используют интернет, впервые сократилось до менее чем 3 млрд, то можно говорить о начале важного этапа глобальной цифровизации, когда гаджеты из роскоши превратилась в необходимость, особенно во время пандемии COVID-19»[2]. Статистика говорит сама за себя, очевидно, что процессы тотальной диджитализации не остановить, а значит понимание того, как быть и как действовать в цифровом мире становятся необходимыми социальными навыками и профессиональными компетенциями государственных органов и структур.

Терминология 

Для дальнейшей проработки тематики необходимо уточнить понятийный аппарат довольно расплывчатых терминов, которые используются в контексте обозначения цифровой трансформации. На основе анализа научной литературы и источников, можно отметить, что понятия «цифровизация», «диджитализация», «датификация» «информатизация» используются синонимично. Как отмечает Д.Е. Добринская «цифровая экономика, цифровая политика, цифровые коммуникации, виртуальные сообщества, киберпространство и виртуальная реальность, сетевая идентичность — вот далеко не полный перечень терминов, которые прочно вошли в научный обиход»[3].

Г.С. Сологубова в своей монографии отмечает, что «в настоящее время термин «цифровизация» используется в узком и широком смысле. В узком смысле под цифровизацией понимается преобразование информации в цифровую форму. В широком смысле цифровизацию рассматривают как современный общемировой тренд развития экономики и общества, который основан на преобразовании информации в цифровую форму и приводит к повышению эффективности экономики и улучшению качества жизни»[4].

Мы будем также использовать термин «киберпространство» и приставку «кибер», под которой понимается всё, что связано с компьютерными системами, интернетом и информационными технологиями. Ч.Ш. Купирова и соавтор под киберпространством понимают «виртуальное информационное пространство, моделируемое с привлечением компьютерных систем, хранящее некоторую информацию, которая распространяется по глобальным сетям»[5].

Цифровизация

Очевидно, что цифровизация стала возможна благодаря революционным изобретениям и научным открытиям. В.Ф. Ницевич отмечает, что «цифровизация берёт своё начало в глубокой древности, когда открыли счёт и цифры, однако своё бурное развитие, за которым последовали социальные изменения, этот процесс получил во второй половине ХХ века»[6]. Темпы инноваций в информационных технологиях, от появления электронной почты в 1960-х годах, поисковых систем и сайтов до социальных сетей в начале 2000-х, а затем и искусственного интеллекта, облачных решений, робототехники, цифровых услуг, big data, виртуальной реальности, интеллектуальных приложений, machine learning, 5G были поразительны. Эта совокупность технических решений определяет специфические характеристики современной мировой глобализации, электронных коммуникаций, обмена информацией, виртуализации и т.д. К.В. Павлов и соавтор указывают на то, что «цифровизация пришла на смену компьютеризации, когда речь шла в основном об использовании вычислительной техники для решения отдельных задач»[7]. Современные достижения информационных технологий позволяют создавать целые экосистемы и решать уже комплексные, многоуровневые технологические и информационные задачи.

За последние два десятка лет цифровые технологии совершили невероятную экспансию в жизнедеятельность государства, бизнеса и общества, и речь здесь не только об интернете, но и о различных компьютерных сетях и автоматизированных системах. В промышленном секторе они в разы интенсифицировали производство, увеличили количество и качество выпускаемых товаров, упростили логистику и коммуникации, предоставили компаниям новые эффективные маркетинговые инструменты влияния на целевые аудитории и возможность осваивать новые рынки и бизнес-модели, ускорили прогресс и мобильность во всех отраслях и сферах. Подавляющая часть производственных и бизнес-процессов сегодня ведётся посредством автоматизированных систем, баз данных и интернета, практически исчезли бумажные носители, которые в случаи сбоя IT-систем и программ позволили бы восстановить информацию.

В свою очередь цифровизация так и осталась бы исключительно технической стороной модернизации, если бы не оказала такого колоссального влияния на общество. Как справедливо замечает Д.Е. Добринская «современная социальная реальность обладает рядом специфических характеристик, качественно отличных от того, что представляло собой общество ещё несколько десятилетий назад. Эти преобразования проявляются в появлении новых черт современности: комплексности, мобильности, сетевизации и глобальной супер-связанности»[8]. Б. Уэллман и Л. Райни характеризуют новый социальный порядок как «результат воздействия движущих сил Тройной революции»[9]. К этим революционными силами они относят интернет, соцсети и мобильную коммуникацию.

Интернет, социальные сети и мессенджеры полностью изменили коммуникационные процессы, позволили человеку стать более независимым и автономным, быть всегда на связи, легко устанавливать социальные связи и контакты, иметь неограниченный доступ к ресурсам и информации. Но в то же время мы сталкиваемся с использованием киберпространства и для различных преступных действий, например, финансовое мошенничество, торговля людьми, контрабанда и терроризм. Цифровизация несёт в себе множество проблем и угроз, остро стоят проблемы сохранности персональных данных, хранящихся в различных узлах глобальной сети, безопасности присутствия и общения в сети. Возникают серьёзные противоречия между тем, чтобы данные и информация были быстро и легко доступны, и в то же время надёжно защищены.

В социуме, где уровень цифровизации и мобильности так высок, социальные и эконмические отношения всё больше зависят от слаженности и работоспособности технологий, они всегда должны быть доступны и готовы к работе, любой сбой буквально парализует деятельность и слаженность процессов, а несанкционированных доступ может привести к серьёзным последствиям. По мере того, как человечество находит больше способов технологического прогресса, должны быть приняты комплексные меры безопасности, чтобы гарантировать, что они не будут использоваться злонамеренно.

В условиях усиления цифровых коммуникаций, перемещения образовательных и рабочий процессов в онлайн-среду, постепенно стираются границы между реальным и виртуальным, межличностная коммуникация становится всё более фрагментарной, зависящей от технологической подключённости и соединения. Ввиду чрезвычайного роста информационного воздействия на пользователей, увеличения потоков контента, многоканальности коммуникаций, постоянного усложнения технологий, человек, с одной стороны, становится всё более отчуждённым от цифровых систем, а с другой более зависимым от них. В постоянном присутствии в digital, жизни в бесконечном «информационном шуме», снижаются навыки критического и логического мышления, становится всё сложнее отличить правду от лжи, люди всё более подвержены манипулятивным технологиям и массовому мышлению. В этой связи на них легко оказать информационное воздействие, сформировать негативные оценочные установки, манипулировать мнением и сознанием.

Сегодня наблюдается беспрецедентная зависимость от цифровой среды, и не только в промышленной, экономической и социальной сфере, но и в государственном управлении. В настоящее время ключевые государственные инфраструктуры и системы либо сами являются частью киберпространства, либо контролируются, управляются и эксплуатируются через это пространство, а большая часть информации создаётся или передаётся по цифровым каналам. В киберпространстве проходит передача финансовых потоков и транзакций, здесь функционируют системы управления различными механизмами, генераторами, энергетическими и транспортными системами, военными техниками, беспилотниками и ракетами различного радиуса действий.

Кибергосударство

Digital-среда способствовала формированию таких феноменов как «кибергосударство», «киберуправление», «киберобщество». Различные стороны жизнедеятельности страны буквально переплетаются с онлайн-средой и любая нестабильность, незащищённость и вызовы здесь будут напрямую влиять на стабильность и безопасность.

Интеграция технологий в различные аспекты государственной системы, высокая степень уязвимости IT-инфраструктуры, в сочетании с глобализацией, в том числе инфосферы, где стираются территориальные и социальные границы, делают автоматизированные системы госаппарата и информационное поле (в особенности цифровое) объектом планомерных атак со стороны внешних и внутренних источников.

В условиях тотальной цифровизации ИТ активно переходят из сферы исключительно научно-технической конкуренции в военно-политическое противоборство, являясь инструментом геополитического влияния. Сегодня быть суверенным, стабильным, безопасным и процветающим государством — значит лидировать в технологической сфере.

Государства, которые имеют значительные технологические преимущества (например, Россия, США, Китай, Великобритания, Германия, Франция, Израиль), используют последние научные достижения для обеспечения своей информационной безопасности. В то же время эти передовые технологии могут использоваться для получения геостратегического превосходства, доминирования в мировом масштабе, формируя дисбаланс технических возможностей и зависимость стран, не обладающих такими решениями. Как отмечает А.В. Яковенко «на фоне доминирования ряда развитых стран в информационных технологиях и возникновения глобальных монополий, контролирующих сетевую инфраструктуру, потоки и базы данных, возникает угроза неравенства в сфере ИКТ и цифрового колониализма»[10]. Автор также указывает на то, что «для государств, отстающих в своем цифровом развитии, в качестве и скорости цифровой трансформации системы государственного управления, существенно повышаются риски постепенной утраты, а затем и разрушения структурных элементов государственного суверенитета»[11].

Кроме того, уязвимость IT-систем и инфополя делают их объектом регулярного неправомерного вмешательства, получения доступа к конфиденциальной и секретной информации, выведения из строя IT-инфраструктуры, обеспечивающей стабильное функционирование информационного пространства государства, для достижения политических и экономических целей. Военное превосходство уже не является защитой от современных глобальных проблем и угроз, с которыми сталкивается человечество, так как кибератаки могут нанести не меньший ущерб, чем различные виды оружия. А.В. Яковенко отмечает: «Сейчас более 140 государств мира разрабатывают свои собственные стратегии кибербезопасности и программы ведения кибервойны. Кроме того, государствами — членами НАТО продвигается опасный тезис о необходимости вооруженного ответа на компьютерные атаки, несмотря на то что источники таких атак практически трудно установимы, особенно в кратчайшие сроки»[12]. В этой связи уже не взывает сомнений тот факт, что киберпространство — новое поле боевых действий.

Глобальные вызовы цифровой эпохи ставят перед государством важные задачи в области безопасности. Внутри страны необходима выработка конструктивных действий и принципов защиты стратегических информационных ресурсов, а на международном уровне — норм ответственного поведения в глобальном инфополе, и демилитаризация киберпространства для обеспечения международной информационной безопасности.

Еще по теме:

Fake news как угроза информационной безопасности государства

Информационная безопасность государства: понятие, содержание и регулирующие законы

Современные риски и угрозы информационной безопасности государства

Роль современных СМИ в информационной безопасности государства

Список источников: 

[1] Global Digital 2022: вышел ежегодный отчёт об интернете и социальных сетях — главные цифры [Электронный ресурс]. − URL: https://www.sostav.ru/publication/we-are-social-i-hootsuite-52472.html

[2] Global Digital 2022: вышел ежегодный отчёт об интернете и социальных сетях — главные цифры [Электронный ресурс]. − URL: https://www.sostav.ru/publication/we-are-social-i-hootsuite-52472.html

[3] Добринская Д.Е. Цифровое общество в социологической перспективе /Д.Е. Добринская // Социология и политология. – 2019. – № 4 (18). – С. 178.

[4] Сологубова Г.С. Составляющие цифровой трансформации. Монография / Г.С. Сологубова – М.: Юрайт, 2019. – С. 105

[5] Купирова Ч.Ш. Информационная безопасность как объект киберпреступности /Ч.Ш. Купирова, Ю.А. Кузьмин // Юридические науки. – 2019. – № 4. – С. 42.

[6] Ницевич В.Ф. Цифровая социология: теоретико-методологические истоки и основания /В.Ф. Ницевич // Цифровая социология. – 2018. – № 1. – С. 19.

[7] Павлов К.В. Формы и направления цифровизации экономики /К.В. Павлов, Н.Р. Асадуллина // Большая Евразия: развитие, безопасность, сотрудничество. – 2020. – № 1. – С. 355.

[8] Добринская Д.Е. Цифровое общество в социологической перспективе /Д.Е. Добринская // Социология и политология. – 2019. – № 4 (18). – С. 179.

[9] Добринская Д.Е. Цифровое общество в социологической перспективе /Д.Е. Добринская // Социология и политология. – 2019. – № 4 (18). – С. 180.

[10] Яковенко А.В. Цифровой суверенитет оказался важен в условиях новой идеологической конфронтации [Электронный ресурс]. − URL: https://www.ng.ru/vision/2021-08-01/8_8213_confrontation.html

[11] Яковенко А.В. Цифровой суверенитет оказался важен в условиях новой идеологической конфронтации [Электронный ресурс]. − URL: https://www.ng.ru/vision/2021-08-01/8_8213_confrontation.html

[12] Яковенко А.В. Цифровой суверенитет оказался важен в условиях новой идеологической конфронтации [Электронный ресурс]. − URL: https://www.ng.ru/vision/2021-08-01/8_8213_confrontation.html

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru